Кинорецензии

Прощание с мечтой

Прощальный фильм Хаяо Миядзаки «Ветер крепчает»,
показанный на 70-м Венецианском кинофестивале в 2013 году, раскритиковали, Оскар за фильм в 2014-м не вручили.
Наверное, кто-то так и спросил: «А где Радость, к которой все привыкли, где Надежда?»
Потому что фильм получился очень взрослым и очень грустным.
Мне напомнил «Могилу светлячков»  Исао Такахаты и одновременно все любимые фильмы Миядзаки. Нет волшебства и романтического максимализма, но есть светлая печаль по исполнившейся мечте.
Наверное, такой и должна быть лебединая песня маэстро.
Документальный рассказ о жизни японского конструктора Дзиро Хорикоси, создавшего самый быстрый и маневренный самолёт Второй мировой войны «А6М Зеро».
Мне казалось, что в этом фильме вся биография Миядзаки: его полёты, его мечты и сны, неизменно побеждающие реальность.
Даже герой Дзиро внешне похож на него. В фильме, как и в студии «Гибли», двое друзей: один создаёт бомбардировщики (образ Такахаты с его тяжелыми фильмами), а другой — истребители (лёгкие и пронзительные, светлые и волшебные фильмы Миядзаки).

kaze-tachinu-4

Это фильм о том, какую цену платит художник, чтобы мечты воплотились в реальность: ни один самолёт не вернулся из боя, любимая жена и муза умерла. Таков путь художника.
«В целом у художника есть 10 лет, и нужно успеть за эти годы создать всё самое лучшее; всё, что сможешь», — звучит в картине.
Задумалась, что не считая лет становления, да, 10 — так оно и есть, дальше силы покидают. Не говорю сейчас о тех, кто вечно клонирует одну и ту же мысль с разных ракурсов, и, как престарелый артист, всё никак не может уйти со сцены, эксплуатируя завоёванное имя, говорю о настоящих художниках, как Миядзаки, которые в каждой своей картине дают людям нечто новое, более совершенное, отличное от себя прошлого.
Лейтмотивом фильма становится цитата из стихотворения Поля Валери Le cimitièremarin (Кладбище у моря): Крепчает ветер! Значит – жить сначала!
В «Ветре» воплощаются все самые гениальные сцены и живопись Миядзаки, этот фильм и сочетание его предыдущих фильмов, их итог и финал, но в то же время нечто иное, это уже другой Миядзаки — таким откровенным он уже никогда не будет, потому что «Ветер» — это прощание. Завещание Мастера.
Смысл любого искусства, «дела всей жизни» — в преемственности, каждая настоящая мечта зажигает тысячи новых звёзд.  И ради этого стоит творить, мечтать, терять — и обретать, продолжаясь в новых поколениях.
По-моему, невозможно было снять более обнадёживающий и окрыляющий фильм.


«Капли воспоминаний»

«Какие дни тебе больше нравятся солнечные или облачные?
Облачные…
Надо же, как мы похожи!»

Я всегда была фанатом Хаяо Миядзаки и студии «Гибли», но философию знаменитой студии делают 2 человека.
Обратная сторона Луны – Исао Такахата.
Если фильмы Миядзаки известны на весь мир, то Исао востребован больше в Японии. Если фильмы Миядзаки заражают верой в чудо и негасимой жизнерадостностью, то цвет фильмов Такахата — синева глубокой печали. Они очень жизненные.
«Могила светлячков», на мой взгляд, один из лучших фильмов о войне, потому что война показана глазами детей – куда уж искреннее, обреченнее и страшнее…
Теперь частенько пересматриваю его фильм «Капли воспоминаний» — как воплощённый в акварели образ ностальгии.
73077_600
Это фильм о поиске себя и внутренней свободе, о том, что все мы родом из детства, о философии личной целостности и выборе, о невозвратном прошлом и непостижимом настоящем, о человеческой природе и природе вокруг нас. О гармонии и единении души с миром.
Героине не дается арифметика дробей, потому что мир целостен и не делится на части, а прошлое живёт в настоящем…
Мгновения жизни, трепещущие на кончике акварельной кисти.
Цитата, запавшая за край памяти, будто из моего детства прозвучала:
«Ребенок, который съедает свой обед, больше радует маму, чем тот, что пишет эссе».
«Капли воспоминаний» – это история самопознания главной героини, обретения ею подлинной идентичности, которая не совпадает с ее нынешним образом жизни. Будучи стопроцентной горожанкой, Таеко выбирает жизнь в деревне. В каком-то смысле это действительно предпочтение настоящему – прошлого…
73348_600
Готовясь к поездке, Таеко вспоминает, как в детстве тоже мечтала на каникулы съездить за город. Но деревенских жителей среди родственников Таеко не было, и приходилось ей проводить лето в Токио. Одно воспоминание влечет за собой другие: о купленном отцом ананасе, который оказался страшной кислятиной; о мальчике из параллельного класса, объяснившемся ей в любви; о школьном спектакле, где Таеко досталась роль с одной репликой; о хулигане из неблагополучной семьи, сидевшем с ней за одной партой и т. д. Ничего особенного: жизнь Таеко похожа на любую другую. Эти воспоминания – смешные и грустные одновременно – сопровождают Таеко на протяжении всей ее поездки.
Стремясь подчеркнуть разницу между реальностью и воспоминанием, Такахата использует немного разную графическую манеру («рисовку», как говорят фанаты аниме) в современной и ретроспективной частях своего рассказа. Современные эпизоды отличаются реализмом и почти этнографической дотошностью в изображении сельскохозяйственных работ и той местности, где живут родственники Таеко (район Такасе в Ямагате). Эпизоды, относящиеся к детству героини, более условны по своей стилистике и выполнены в легкой, полупрозрачной, почти обесцвеченной акварельной живописи.
Такахата не объясняет подспудных причин ностальгии, одолевающей его героиню, но они понятны и без пояснений. Таеко потерялась в собственной жизни, которая постепенно стала ей чужой. Вольно или невольно она пытается найти себя – и детские воспоминания служат ей путеводной звездой. Каждое из них привносит какой-то новый штрих в психологический портрет героини, «индивидуализирует» ее в глазах зрителя.
На первый взгляд эти зарисовки из прошлого не имеют прямого отношения к современным событиям в жизни героини. Но лишь погрузившись в прошлое, она находит в себе решимость изменить свое настоящее.
Финал фильма, где Таеко-пятиклассница вместе с однокашниками без слов, одним своим красноречивым присутствием заставляет взрослую Таеко изменить решение и вернуться в деревню, – один из самых волнующих не только в мультипликации, но и в кино вообще.


«Корабль дураков»,
или о причинах фашизма

Фильм Стэнли Крамера «Корабль дураков» снят по одноименному роману Кэтрин Энн Портер.
Произведение, по мнению критиков, претендующее ни много, ни мало — на исследование корней фашизма.

После просмотра соглашаешься с ними в этом. Картина многослойная, глубокая. Действительно претендует…
Основная мысль: «Чтобы не выглядеть глупцами, мы согласны выполнять любые приказы».
Да, люди — трусы, больше всего боятся оступиться, опозориться, угодить в изгнание, ведь мы все — стадо, по одиночке вымрем.
Герои на корабле. У каждого — своя судьба, так или иначе, переплетающаяся с судьбой Германии накануне…
Самая жуткая сцена:
Еврей-коммивояжер: «Да нас, евреев, в Германии — миллион, никто, больше нас, для нее СТОЛЬКО не сделал, неужели они всех нас…?»
Человек будущего (знающий, что да, всех вас, таких талантливых, замечательных…, Рейх за ваш счет озолотился) холодеет на этом кадре…
Цитата:
«- Во всем виноваты велосипедисты и евреи!
— А почему велосипедисты?
— А почему евреи?»
И слова к зрителям «всезнающего юродивого» в конце фильма: «Вы, наверное, хотите спросить, какое отношение это имеет к Вам? Никакого».
И офицер со свастикой на рукаве, галантно подающий руку героям, сходящим на новый берег, в новый мир…
После просмотра кажется, что дело не только в том, что «никакого отношения», не в человеческой слепоте и равнодушии даже, а в том, что…
… фашизм у нас всех — в крови. Мы с детства привыкли делить людей на «своих и чужих». Это как неистребимые, врожденные раковые клетки: у кого-то спят всю жизнь — и человек вроде здоров, а у кого-то активизируются — и начинается безумие, смертоубийство.
Пресловутые 2 категории: «Мы и Они» — в основе выживания, как чувство самосохранения.
Страх перед «Они» звучит в устах героини Элизабет Эшли:

Цитата:
«- Мне бы не хотелось, чтобы у людей на нижней палубе были в руках ножи!
— Но он — художник, нож — инструмент для работы!
— И все равно… Мало ли что они с нами сделают?»
Наверное, корень всех зол в этом чувстве. У кого-то оно — испепеляющая ненависть ко всем инакомыслящим-инаковыглядящим, а у кого-то — страх или пассивное отвращение.
И поможет нам, наверно, только волшебная прививка (как у Лема в «Возвращении со звезд»), избавляющая людей от агрессии, что само по себе тоже вмешательство в природу и потому насилие.
Словом, фильм на все времена, актуален сегодня как никогда.

Последняя сказка Риты

«Мы особенно ценим души,
которые умеют любить»

Попробуйте рассказать сказку о смерти… точнее, о самом процессе умирания.
Правильно рассказать.
Чтобы она превратилась в философскую притчу, в самую печальную элегию на свете.
Чтобы смерть предстала не далекой — чужой абстракцией, а нашим собственным потаенным страхом. Неизбежной нелепостью, которая рано или поздно случится со всеми нами. Неотвратимостью, с которой каждый обреченный вынужден, нет, не смириться, бороться. (Люди будущего будут жить бесконечно долго, так почему не мы?)
Чтобы тем, кто все еще жив, нестерпимо захотелось проснуться и ЖИТЬ, не теряя ни минуты.
Смерть абсурдна. Ее невозможно осознать и принять. Но и избежать не получится. Мысли о смерти (точнее, ее ощущение) — как отчаянные шаги по тонкой грани разбитого стекла. Или научиться проникать сквозь? «Я вернусь незаметно для всех»…
А любовь?
Любовь — это не только присутствие (бытие при сути, проникновение друг в друга). Это когда человека никто и ничто не может у тебя отнять. Когда слова Маркеса «Любить — это значит говорить любимому человеку «Ты никогда не умрешь» приобретают сакральный смысл. Да, это и есть мой внутренний диалог, не смолкающий ни на секунду. За гранью реальности.
И что бы вы ни делали (создавали), делайте это «о любви и смерти». Только эти 2 силы создают Вселенную.
Остальное — мусор.



ЖИТЬ! (2012)

Мне жаль, что я пишу так поздно (фильм идёт в кинотеатрах с 30 августа), но некоторые киноленты нужно пережить, прежде чем вымолвишь хоть слово.
«Жить» один из немногих фильмов, когда входишь в кинозал молодым-беззаботным, а выходишь изменившимся, повзрослевшим, помудревшим, когда смотришь, потом пересматриваешь, а потом ещё долго-долго думаешь-вспоминаешь-обсуждаешь, он меняет изнутри, опустошает и наполняет одновременно, достаёт до самого донышка.Не верьте тем, кто пишет в рецензиях и отзывах «чернуха» и «Жуть», эти люди привыкли жить в своём ограниченном чистеньком мирке глянцевой Moscow City и смотреть фильмы о «бравых молодцах со спецэффектами» или вообще ходить на «сеанс в 20-00» – поесть попкорна с семьёй, но Россия – да, такая (и Москва не исключение, съездите, к примеру, хоть в Бутово, хоть на Площадь Трёх вокзалов), люди здесь так и живут. Кино должно быть честным, и смотреть нужно Фильмы, которые выращивают душу, а не пустопорожнюю развлекуху.«Жить» –  тяжёлое, предельно честное, но высокое и светлое кино. Настоящая Русская Трагедия. «Жить» –  кино о смерти и о великой любви, которая воскрешает мёртвых.
Василий Сигарев в интервью (ещё на Кинотавре) сказал: «Апокалипсис — это не когда планета погибает, а когда люди теряют близких».
Три новеллы: о мальчике, который ждёт отца, покончившего с собой; о матери, попытавшейся вызволить своих дочерей из ледяной могилы; о невесте-вдове, к которой возвращается любимый – пусть и в пьяном бреду. Те, кто терял близких, поймёт-прочувствует сюжет: верится только в то, что ушедший вот-вот позвонит в дверь, а то, что любимый лежит в безликой могиле кажется абсурдом. В этом смысле «Жить» вышел за грань времени и пространства, создал некую – самую правдоподобную из всех возможных реальность.Потрясающие образы в картине: индустриальный мост в тумане, велосипед – как символ колеса жизни, поезд сквозь белую мглу, дятел, точащий дом, как могильщик (как, интересно, снимали сцену с дятлом?)…Диалоги – в десятку. В фильме звучит бытовая речь, жаргон – знакомые словечки из поездов, с улиц, из пивных. И на этом – простом, без-пафосном –  языке утверждаются  очень сложные философские истины.
«Зачем любить, если всё равно заберут?»
«Раньше когда похороны чьи-то видела… даже во дворе у нас, вообще по барабану. Только интересно – кто умер, чё умер. А там у кого-то мир рухнул. Всё изменилось – навсегда…» Актёрская работа вообще на пределе всех сил – и физических, и душевных.
Пишут, Яна Троянова разбивала локтем настоящее калёное стекло в электричке (три дубля подряд), а у Ольги Лапшиной в процессе съёмок было плохо с сердцем. Верю! Кажется, не фильм смотришь, а в жизнь чужую подглядываешь через окно.«Это жизнь такая: она будет тебя бить и говорить, что она сильнее. Нет! Мы сильнее. В любом случае мы должны вставать и идти дальше. Деваться некуда. Мы должны находить в себе силы жить дальше» — Василий Сигарев.«Нужно быть сильным духом, чтобы досмотреть этот фильм до конца. И абсолютно равнодушным, чтобы потом забыть про него» – лучшая фраза из того, что прочла о фильме в статьях и рецензиях.«Жить» преступно ждать в торрентах, нужно идти в кинотеатры – поддержать наше лучшее кино, сохранить смысл и душу кинематографа.


Новая земля впечатляет

Вчера (28 августа 2008 года) состоялась премьера фильма «Новая земля» Александра Мельника в «Пушкинском».
Режиссер в приветственном слове сказал:
– Мне позвонил один друг и сообщил, что в фильме нет проходных ролей.
Действительно, актерские работы – великолепны! Говорить о Константине Лавроненко не буду, о нем и так уже достаточно много сказано профессионалами. Хочется лишь пожелать ему и дальше – держаться на высоком (неприкосновенном, я бы сказала) уровне по-настоящему талантливого актера, не разменивающегося на поток. Его фильмография говорит за себя: «Возвращение», «Изгнание», «Новая земля».
Напишу об Андрее Феськове (роль полусумасшедшего маньяка Сипы). Странно, что до сих пор как раз эту роль оставили в стороне, но Сипа – центральный персонаж. Сыграть колебание между добром и злом, низостью и подлинным благородством (эпизод со стаканом воды смертнику) столь блестяще! Ему сочувствуешь и ужасаешься одновременно. Весь фильм он собирается в Ад – придумывать пытки грешникам, и боится, что черти не возьмут на работу, но, попав в настоящий Ад Новой земли, где люди пожирают друг друга, чтобы выжить, делает выбор в пользу добра – подсознательно, искренне, не осознанно – по убеждению, а по велению сердца, потому что по-другому не может.
Насколько мне известно, это актерский дебют в кино – и сразу в столь сложной неоднозначной роли, которая несомненно удалась, стала яркой и самой запоминающейся. Я открыла для себя талантливого актера, которого буду с нетерпением ждать в других картинах.

А теперь о впечатлениях от картины в целом.
Можно сказать в двух словах: триллер с Библейским контекстом, катарсис между приступами тошноты. Фильм не будет однозначно воспринят зрителями, каждый найдет в нем что-то свое, ибо получилась притча, антиутопия. Точнее, могла бы получиться, если бы не максимализм, граничащий с нелогичностью, сценария.
С самого начала фильма зритель смутно догадывается о том, что на остров попадают лишь преступники. Но кто они, что они совершили? Мы не знаем. Вскользь лишь упоминается судьба Жилина (Константин Лавроненко). Сипа постоянно рассуждает о длине человеческих кишок, из чего можно сделать вывод о его прошлом маньяка-убийцы.
А остальные? Получается, забросили на остров почти невинных (все знают, как работает наше правосудие) людей – пожирать друг друга. Причем, пожирать начинают сразу. Конечно, в экстремальной ситуации человек либо превращается в зверя, либо остаётся человеком – и становится святым. Но даже у зверей есть логика. Почему не попытаться организовать отряды (из рабов же) охотников-рыболовов-добытчиков еды? С рабством одних и верховенством других – все реально, в общем-то, и племенной уклад дикарей, и ранние цивилизации жили засчёт рабов или пленников, а во главе стояли сильнейшие. И «освободившись» от современных гуманных законов цивилизации, люди быстро скатываются на уровень дикарей. Но почему рабов сначала не заставить потрудиться, поискать пищу себе и хозяевам? Где логика? Нет, сразу звучит призыв «Последний – мертвый!» и начинается… Беготня, перерезание горла, каннибализм, потом снова беготня…и так до тошноты! Неуместны шутки «наш друг пересолен» на фоне остывшего пепелища человеческих костей. Господа, Вы что хотели сделать – фильм ужасов или все-таки антиутопию? Ужас и трагичность сцены достигается не ее регулярным до тошноты повторением, а как раз наоборот… Сразу вспоминается пэк-шот фильма «12» Никиты Михалкова: вот в нем человеческая рука в пасти собаки действительно выглядит страшно и заставляет содрогнуться!
Посреди бойни (как в голливудском боевике) звучат чуть ли не «Страсти по Матвею» Баха. А финал идет под бардовскую песню?
И все же… Фильм не отпускает, мысли то и дело возвращаются к Новой земле – третьему участку между переполненными Раем и Адом. Фильм сильный и глубокий, не смотря на недостатки. И хочется верить в тот самолет, взмывающий в небо, уносящий с собой в поднебесье души тех, кто сделал выбор в пользу человечности, находясь даже не в Аду, а в месте гораздо худшем. Хочется крикнуть: «Последний – живой!». Хочется настоящих искренних картин в прокате – неоднозначных, спорных, мучительно притягивающих и заставляющих возвращаться и думать, сопереживать и чувствовать себя живой.